Все книги
Войти в аккаунт

Драконы Корнуолла

принеси мне шкуру любимого тирана

А еще нас со сводным братом связывала тайна. О которой я не хотела ни думать, ни вспоминать. Мы с ним встречались, но не очень хорошо расстались. Разрыв был настолько болезненным, что я оживала после этого полгода. Никто не знал о моем позоре и моей боли. Даже мама не догадывалась о постыдном секрете. Это было еще до второго маминого замужества. Поэтому, когда объявили, что мы со Станиславом будем жить вместе в одном доме, это стало третьим, окончательным ударом, добившим меня.

После всего того, что между нами было, видеть его ненавистную рожу день ото дня становилось все труднее.

Я мечтала сбежать.

Останавливали две вещи. Отсутствие денег и мама. Если бы не она, я бы так и сделала.

Папа в завещании указал дату - двадцать один год, заветный день рождения, в который я получу свое основное наследство, оставленное им единственному ребенку. Сейчас мне всего девятнадцать. Ждать еще долго.

Если настоящий побег по причине несовершеннолетия не доступен мне, то я сбегу хотя бы понарошку.

Мальчики нашей семьи выгружали вещи из машины.

Оказалось, что Станислав знает немного кельтские наречия, он договорился, что мы переночуем в доме одного из местных. Жена и дети аборигена пропали без вести в вересковых болотах. Говорили: утонули в топях. Теперь в его доме достаточно пустых комнат. За определенную плату в фунтах вдовец готов взять к себе постояльцев.

План был такой: мы останемся на несколько дней, пока из города привезут запчасти для машины, отпразднуем вместе с местными жителями ночь всех святых, а потом продолжим свое путешествие.

Орлова просто распирало от гордости за своего сына, мама тоже облегченно охала, радуясь, что приключение закончилось, так и не начавшись.

Пока родственники таскали вещи и устраивались на втором этаже, я спланировала побег.

- До чего же здесь аутентично! - воскликнул Орлов-старший, рассматривая каменный пол, посыпанный соломой, деревянные балки, камин из неотесанных булыжников.

В очаге горел настоящий болотный торф, распространяя по всей комнате кисловатый запах, который, раз нюхнув, больше ни с чем не спутаешь.

Забежав в дом, я по привычке огрызнулась:

- Я бы сказала доисторично! - и швырнула свою сумку в кучу к остальным. Сами занесут в мою комнату!

Схватив со стола кусок хлеба, вышла через черный выход большой каменной кухни. Это древнее обветшалое старье так удобно для побега. А сумерки и безлюдность улиц - лучшие помощники. Если бы я была внимательнее, то заметила бы тень, скользнувшую за мной вдоль каменных стен.

Вскоре я вышла из деревни. Тут идти-то всего ничего - пара домов, а дальше пустошь, холмы, камни, редкие деревья и трава, бесконечная кислотная зелень, незаметно переходящая в бескрайние болота. Я стала подниматься на одинокий холм, он был самым высоким, потому и привлек мое внимание. Мне почудилось, на вершине что-то есть.

Вереск оказался не таким, каким я его представляла. Не мелкие нежные цветочки с медовым ароматом, а жесткие, колючие, цепляющиеся за одежду стебли.

Оскальзываясь на кочках, я кое-как забралась на вершину. Отсюда все еще было видно заходящее солнце, самый его краешек, а с другой стороны уже всходила луна. Красотища! А посредине между светом солнца и луны - здоровый мегалит. Огромная каменюка выше меня ростом, с узкой трещиной в центре.

В деревне стали зажигать костры, готовясь к празднику безвременья. Глядя вниз, я заметила, как по склону наверх поднимается фигура. В неверном свете заходящего солнца я узнала идущего. Широкие накачанные плечи, короткая стрижка ежиком, забритые по моде виски.

Это был Стас.

Я спряталась за мшистый булыжник. Села, ужавшись в комок, никого не хотелось видеть, а в первую очередь - его. И зачем только он за мной потащился!

Где-то чуть ниже по холму бродил Стас, вполголоса зовя меня. Но мне не хотелось видеть этого двуличного лицемера. Я несколько раз ловила фальшивого братца на вранье, и сейчас он, зная, что я избегаю его компании, пошел искать меня. Если найдет, будет изображать из себя заботливого старшего брата. Но я-то знаю, чего он на самом деле хочет от меня.

За спиной послышались шаги, сводный брат поднялся на холм.

Этого еще не хватало. Я замерла, словно мышка, притаилась, боясь шевельнутся.

«Пожалуйста, Боже, - взмолилась, - избавь меня от его присутствия! Я больше этого не вынесу, я так не могу!»

Шорох травы подсказал мне, что Стас уселся с той стороны менгира.

Я затихла, опасаясь даже думать, потому что мысль материальна.

Меня не замечали или делали вид, что не замечают. Я слышала сопение и шорохи.

Осторожно выглянув из-за камня, я увидела руки со знакомыми часами на запястье, пальцы недовольно теребили веточку, отламывая от нее куски, и нервно бросали огрызки в траву.

Я посидела так еще немного.

«Не заметил? Ну и прекрасно!» - решила я.

- Ты же понимаешь, что рано или поздно это произойдет. Ты не сможешь убежать и не спрячешься от меня, мы всегда будем вместе, - проговорил Стас, глядя куда-то вдаль. - Я приду за тобой, где бы ты ни спряталась.

В ужасе я закрыла рот рукой, сжала губы, стараясь не дышать. Я готова была сделать все что угодно, лишь бы не потерять самообладание, не закричать, иначе на мой вопль сбежится вся округа.

Я замерла. Застыла, окаменела телом и душой. Не знаю, сколько я так просидела, пока не отдышалась и бешено стучащее сердце не успокоилось в груди. Отважившись выглянуть из-за камня снова, я увидела сквозь траву и ветки все ту же картину.

Стас сидел, опершись спиной на менгир, и не смотрел на меня. Его взгляд бесцельно бродил, осматривая пейзаж и не видя его. Руки все так же нервно ломали веточку и зло бросали на землю.

Сводный брат, похоже, не заметил, что я спряталась за камнем, он всего лишь видел, как я поднимаюсь на холм.

До сих пор не могу понять, каким образом это произошло. Возможно, я заснула от усталости, мы ехали всю ночь, не спали.

Я измученно облокотилась о камень, закрыла глаза, мечтая уснуть без сновидений.

Но когда я откинулась назад, моя спина не встретила преграды. Вскрикнув от испуга и неожиданности, я провалилась в темноту.

Последнее, что я почувствовала, - только то, что лечу кубарем вниз с холма, ломая ветки кустов.

 

Глава вторая, в которой я играю роль переходящего знамени и вторично попадаю, но уже в плен

Очнулась я уже у подножия склона, лежа лицом в грязи.

Постанывая, поднялась, дивясь тому, что руки-ноги целы и я могу двигаться. Интенсивные тренировки в спортзале и уроки борьбы не прошли даром. Посмотрела на крутую гору и поняла: чудом осталась невредима. Возможно, только гибкость и сильные мышцы спасли меня от смерти.

Наступив на правую ногу, я зашипела. Больно! Молния пронзила щиколотку и угнездилась в суставе клубком тупой, ноющей боли.

Я вновь посмотрела на почти отвесный склон и дорожку поломанных кустов. Забраться назад не удастся. Это ничего, главное - не падать духом. Как говорил мой отец: Тарлановы никогда не сдаются!

Немного отдышусь и, прихрамывая, как-нибудь обойду вокруг холма. Доберусь до своих, здесь идти-то всего ничего.

Пока я очищала себя от комьев грязи, вынимала из волос ветки и траву, мой слух уловил начало праздника. Где-то вдалеке за деревьями трещали салюты, кричали люди и вспыхивали огни. Звуки веселья становились громче, приближаясь.

- Фата! Фата Дайра! Что вы здесь делаете?! - заорал хриплый голос совсем близко, да так громко, что я вздрогнула. Это больше походило на рев зверя.

-A
A+
размер
шрифта